01. Встреча

Говорят, в детстве жизнь течёт медленнее. Каждый день полон новых ощущений, которых мы никогда не испытывали. Ритм ускоряется, мы привыкаем к рутине и, в конце концов, мир кажется однообразным. В моём же случае, не было никакого ускорения — я просто моргнул, оставив глаза закрытыми чуть дольше обычного... и вот я здесь, не понимаю, что я делаю со своей жизнью. Когда-нибудь я изобрету прибор, запрещающий моргать не реже чем раз в 3 секунды.

Я достал из кармана свой компас. Раньше это было целым ритуалом: под него был выделен отдельный отсек в нагрудной сумочке; компас никогда не хранился без специального чехла, покрытого блестящим металлом. Я мог часами разглядывать каждый кусочек этого особенного для меня предмета, порой я намеренно прятал его обратно, чтобы успеть насладиться в следующий раз.

Пришлось потратить много сил, чтобы найти его. Кажется, ни у кого больше не было такой продвинутой модели: огромная и детальная шкала, зеркальце, через которое можно посылать сигналы знакомым, боковая кнопочка, запускающая таймер. Наверное, он содержал и другие полезные функции, до которых я так и не добрался.

Теперь же компас не вызывал во мне никаких чувств, для меня он был чем-то, что я неосознанно доставал и прятал обратно в карман. Да и хранил я его с меньшей аккуратностью: он часто выпадал из рук, оставался забытым в самых неприятных местах. Дурацкая штуковина...

— Как думаешь, что они добавят в новых версиях?

— Ээ..?

«Что он здесь делает? И кто это вообще? Сейчас я точно не настроен на диалог»

– У тебя неплохая модель, у меня, конечно, ничуть не хуже, — похвастался незнакомец. — Работает исправно, правда, в последнее время я им почти не пользуюсь.

«Ну, да, конечно. Что у него за развалюха в руках? Как "это" вообще может работать?»

— Если честно, то я не уверен, что готов сейчас поддержать беседу, у меня...

— Да и не надо! Запрыгивай, можем первые несколько часов помолчать, а потом точно найдём хорошую тему для разговора.

Мой собеседник показал на ржавую машинку без колёс с толстой опоясывающей её резиновой полоской. Такие можно было встретить в парке развлечений, полоска выполняла роль бампера, чтобы при столкновении с другой машинкой она не развалилась (хотя тебя и тряхнёт как следует). Машинка была рассчитана только на двоих и была настолько компактной, что водителю и пассажиру приходилось сидеть вплотную к друг другу.

— Есть список дел, и мне понадобится помощь, чтобы их закрыть, — собеседник уже запрыгнул в машинку и жестом пригласил меня составить ему компанию. — Поехали?

Бывают такие моменты в жизни, когда вот-вот совершишь рискованный поступок. Например, забираешься на самую последнюю вышку в бассейне и не решаешься прыгнуть: «Так, нужно одуматься, развернуться, пока не поздно». С другой стороны, достаточно сделать один шаг, и через секунду тебе эта мысль совсем не волнует...

— Хорошо, только ехать будем по моему компасу, — рискованно согласился я.

— Ну и отлично. Кстати, меня зовут Эш.

— Я — Кей.

02. Ошибки

Как оказалось, первую часть нашего пути мы действительно провели в тишине — вихрь мыслей и эмоций так утомил меня, что я отключился в первые минуты поездки. Я проснулся ранним утром и моментально почувствовал, как ко мне вернулись силы. Вчерашнее решение сесть в машинку уже не казалось таким необдуманным, в конце концов, «роад-трипы» всегда увлекали меня своей спонтанностью и внезапностью.

Эш продолжал молча вести машинку, сконцентрировавшись на дороге. Машинка обладала интересной особенностью: из-за отсутствия педали газа она могла ехать только при постоянном вращении руля. Конечно, в ней была предусмотрена педаль тормоза, но двигаться машинка могла только влево или вправо, поэтому мы всегда шли по виляющей траектории.

— Слушай, а можно я задам тебе небольшой вопрос... А куда мы собственно едем?

— Ты знаешь, я сам толком не представляю, что будет в конце пути, — Эш пожал плечами. — Но, по крайней мере, не нужно думать, какого направления нам стоит придерживаться.

Я обратил внимание на то, что его компас был временно смонтирован в приборную панель. Он показывал направление, правда, стрелка компаса вращалась как-то неохотно и иногда ненадолго отклонялась от курса.

— Дело в том, что я получил приглашение на одно мероприятие. Мой коллега с работы не мог пойти, поэтому дал мне два билета в подарок.

— Хм, на работе? А чем ты занимаешься? — поинтересовался я.

— Спасибо, что спросил! Я управляю фрезерным станком в небольшой кондитерской. Знаешь, когда ты покупаешь тортики с разными начинками или формами. Так вот, это моя работа — я использую свой станок для того, чтобы эти тортики получались красивыми и ровными.

— Интересно...

— Да, вообще это непростая работа, но у меня много опыта и мне кажется, что я делаю это довольно неплохо. Лучше быть экспертом в одном деле, чем распыляться на кучу разных. А ты кем работаешь, Кей?

— Я – независимый консультант, — с гордостью начал я. — Я помогаю своим клиентам (компаниям или частным лицам) вести хронологию их жизни через фотографии. Подсказываю, какие моменты лучше запечатлеть, а какие не стоит, помогаю вести фотоальбомы и придумывать хорошие подписи к ним. Компаниям это нужно, чтобы лучше продавать свои бесполезные товары, а людям — чтобы чувствовать себя увереннее и делиться с другими важными изменениями. Например, повышением на работе или даже блинчиками, которые они съели на завтрак.

«На самом деле звучит не так интересно, как я себе представлял, — подумал я».

— Это здорово! Прости, но я тебя прерву: кажется нам скоро нужно сворачивать.

— Ты уверен? Не похоже, что эта дорога куда-то ведёт...

По правую сторону от нас виднелась река, и в той стороне точно нельзя было проехать.

— Но компас показывает, что нужно повернуть, — возразил Эш.

— Здесь нет проезда, впереди река!

— Но компас не может врать, он знает верное направление!

Как и ожидалось, машинка проскочила через кусты и оказалась наполовину в воде. Эш успел затормозить, но уже было поздно. Ещё немного, и мы бы полностью погрузились в реку.

Я схватился за голову. Не могу поверить, что мы намеренно совершили такую глупость.

Мы сидели молча минут пятнадцать, неподвижно уставившись вперёд.

— Ты был прав, компас действительно барахлит... Прости, я не хотел нас утопить.

— Ладно, это уже произошло, — произнёс я, — на самом деле, я слышал о нескольких похожих случаях. Компасы, даже самые новые, и правда время от времени ломаются. Удивительно, что производители не дают бесплатную страховку от таких ситуаций.

— Да... Интересно, что мы порой настолько доверяем компасам, что забываем про наши собственные ощущения. Будто не мы принимаем решения, а эта маленькая коробочка. Но что же нам теперь делать?

— Кажется, я знаю, — я давно обратил внимание на кнопочку на приборной панели в виде капли воды.

Я рискнул и нажал на неё. Внезапно, машинка приподнялась, и я почувствовал, как резиновый бампер наполняется воздухом. Через минуту мы уже находились на поверхности воды и медленно плыли из стороны в сторону. Мне кажется, я видел нечто подобное в одном фильме, но мне никогда не доводилось попробовать это вживую.

— Вот это да! — Эш удивился. — Я и не знал, что она так умеет!

Ещё через пару минут мы плыли в верном направлении под успокаивающий и монотонный шум моторчика, поддерживающего воздушную подушку в надутом состоянии.

Я подумал, что всё вышло совсем не так ужасно, как я себе представлял. Эта ситуация открыла для нас новую возможность, ведь теперь мы можем не только передвигаться вдоль дороги, но и пересекать реки. Я вспомнил, что в моей жизни были и другие ситуации, когда на первый взгляд фатальные ошибки оборачивались новым для меня опытом.

03. Истории

Мы шли на воздушной подушке ещё несколько часов. Водоём, который мы пересекли, оказался не рекой, а целой системой связанных с собой каналов, разделёнными небольшими участками суши. Из кабины машинки открывался невероятный вид, от которого захватывало дух. Огромные кувшинки покрывали поверхность каналов, затем они сменялись прекрасными наклонёнными деревьями, наполовину торчащими из воды. Я поймал себя на мысли, что готов наслаждаться этим видом вечно. Удивительно, что наблюдение за природой придаёт столько спокойствия и умиротворения, которому мы часто не придаём внимания.

В какой-то момент система каналов начала терять структуру: ответвления редели, а основной переход становился всё у́же и у́же. В конце концов, мы подплыли к пологому берегу и выключили воздушную подушку.

Ещё часа два или три мы ехали по просторной дороге, окружённой зелёной равниной. Я стал замечать другие машинки, ехавшие нам навстречу. По их частоте стало понятно, что мы выехали на основную дорогу.

Эш зажал небольшую кнопочку на приборной панели, и стрелка компаса указала на юго-юго-запад.

– Кажется, у нас заканчивается заряд, давай заскочим на эту заправку прямо перед поворотом, — предложил Эш.

Заправка, точнее станция для подзарядки, представляла из себя небольшой холм с четырьмя сквозными туннелями. На въезде в каждый туннель находилась платформа — на неё нужно было загнать машинку, после чего платформа вела машинку по конвейеру внутри туннеля. Что происходило дальше в туннеле, нам было не очень понятно (конвейер не запускался, пока не выйдешь из машинки), вероятно какие-то механизмы подключались к кузову и давали заряд, а отдельные датчики проверяли, что воздушная подушка работает исправно.

Процедура занимала чуть больше получаса, поэтому мы решили подняться по лестнице в дорожный магазинчик на самой вершине холма.

— Смотри, какая нелепая схема, — мне бросилась в глаза книжечка на стенде, в котором обычно продавались путеводители и карты. Только эта книга отличалась от других. В отличие от нормальных карт, она была нарисована руки и вместо городов на ней были изображены какие-то странные предметы: унитаз, кегли от боулинга, точилка для карандашей.

— А, скорее всего, её случайно оставили здесь. Наверняка эта книжка из детского отдела, — с забитым ртов ответил Эш. В этот момент его больше интересовало поедание круассана.

— Да нет же, смотри, здесь написано: «Путеводитель по дорожным памятникам культурного значения ». Кажется, это настоящая карта, видимо для любителей почаще останавливаться, чтобы поглазеть на огромный унитаз у дороги. Тут пишут, что долина памятников начинается через 50 км, если немного сойти с нашего маршрута. Сложно представить, кому это может быть интересно, честно говоря...

— Да-да, бесполезная трата времени. Еще и находится вдали от основной дороги, уверен, что посещаемость нулевая.

...

И уже через полчаса мы рассматривали огромную (самую большую в мире, как утверждалось в книге) лава-лампу. Да уж, интересно посмотреть, какому ещё идиоту захочется побить этот рекорд.

Скучавший ранее Эш теперь не выпускал карту из рук:

— Здесь написано, что «для сооружения лампы потребовалось три грузовика с воском разного цвета и плотности». Лампу почти не выключают, потому что она нагревается и остывает несколько часов. А ещё, «включенная лампа призвана символизировать хаос, преобладающий во вселенной, нарастающую энтропию, пик структуры и разрушения...»

— Я не понимаю, кто вообще пишет эти брошюры? Зачем так сложно, когда можно просто сказать «лампа горит, там шарики плавают». Вот и всё!

– Ну... Потому что в книге сказано, что воск никогда не принимает одну и ту же форму дважды. Каждый момент уникален, по сути лампа порождает состояния, которые вселенная никогда до этого не видела.

На этой ноте мы почти одновременно подняли головы и уставились на плавающие внутри лампы шарики воска. Мы залипли на их движение еще на какое-то время, а затем снова отправились в путь.

Вообще, карта имела нелинейную структуру, поэтому мы посещали памятники «культурного значения» в совершенно произвольном порядке.

Пожалуй, самым запоминающимся оказался гигантский клубок из резины. Он был поистине огромным: размером с семиэтажный дом. Первоначально, мы вообще не планировали его посещать — на карте он выглядел не очень впечатляюще, но вблизи от его размера захватывало дух.

Мы заняли место на одной из обзорных площадок на приличном отдалении от клубка.

— Да, завораживающее зрелище. Интересно, что, по мнению брошюры, символизирует клубок. Наверняка «структуру солнечной системы, центризм жизни или шар как примитивное начало», — сказал я.

— Сейчас посмотрю, — Эш покрутил карту, — здесь написано, что «символизирует большой клубок из резины». Похоже на правду!

— Тот, кто писал эту книгу, точно видел клубок всего раз в жизни.

Мы обернулись. Недалеко от нас сидел старичок и покуривал трубку.

– Я живу здесь очень давно и застал все три версии клубка.

— Подождите, так это копия? — удивился я.

— Не копия, а новая итерация. Резина в наших краях не такая надёжная, как вы думаете, поэтому раз в десять-пятнадцать лет, кружок разбирают и сматывают новый. Старую резину не выбрасывают, а перерабатывают и делают из неё множество мелких резинок, чтобы закупоривать банки с соленьями на зиму.

— Интересно, что делают со старым воском из лава-лампы...

— За лава-лампу отвечаю не я, но поговаривают, что вселенная сама поглощает его со временем, – старичок сделал долгую затяжку из свой трубки.

— Ах, да, вселенная...

— А вообще, знаете, ребята, что самое интересное? Клубок всегда начинается и заканчивается примерно одинаково, хотя многих туристов интересует именно эта часть. Все просят: «покажите конец клубка», делают фотографии с ним. А для меня самое главное — это то, что внутри.

Старичок сделал ещё одну глубокую затяжку.

— Каждая версия клубка, имеет понятные начало и конец. А то, какой путь проходит резиновая нить — это и есть самое интересное. Для меня это каждый раз новая история, узор, который я никогда не устану изучать...

Я не помню, как долго мы медитативно рассматривали клубок. Каждый погрузился в свои мысли, а старичок медленно покуривал трубку.